«Живые, но мертвые»: музыкант Глеб Самойлов о невозможности мириться с системой

Экс-лидер "Агаты Кристи" и фронтмен The Matrixx Глеб Самойлов после распада группы, которая стала одним из символов эпохи 90-х, готовится выпустить третью по счету музыкальную пластинку "Живые, но мертвые". О том, как пишутся песни и во что превратился русский рок, музыкант рассказал корреспонденту РБК Асе Сотниковой.

Как происходит написание песен?
Я каждый раз не понимаю, как это происходит. Каждый раз, когда осознаю, что мне хочется написать альбом (причем я мыслю не песнями, а альбомами), боюсь, что у меня не получится. Это не кокетство - у меня так было всегда, начиная с "Агаты Кристи". А после нее - еще одна. Поясню: хорошая - это та, которая мне нравится, то есть все очень субъективно.

Что первично: музыка или текст?
У меня в песнях всегда первична музыка, но при этом я пишу стихи. Или даже не стал бы называть это стихами… Просто нечто без музыки, иногда рифмованное, иногда нет, иногда с размером, иногда без него. Но пишу. Это своего рода поток сознания. У меня даже бывают творческие вечера. К стихам у меня особое отношение. В них постфактум я ничего нарочно не правлю: как с первого раза написал, так и остается. Отношение к песням у меня совершенно другое, гораздо более строгое. Там текст должен быть лаконичным, емким, поэтому правлю его несколько раз.

Во что превратился современный русский рок?
Раньше эта музыка была намного разнообразнее, чем то, что крутится на радио. Все они сейчас больше похожи друг на друга, чем музыканты, которые играли в 80-х годах.

Как думаете, почему? Тогда в России тоже было все очень неоднозначно: как и сейчас, перемен требовали наши сердца.
А вот не знаю. Может, это связано с тем, что тогда не было надежды пробиться на большую сцену, поэтому люди позволяли себе любые эксперименты. А сейчас возможность пробиться есть, и она зависит от радиостанций, ротаций и прочего. Поэтому рок-музыканты стараются соответствовать понятию "русский рок".

Капитализм испортил?
Да. Тогда ведь было так, что музыканты жили в нищете. Может быть, это было полезно для творчества, но постоянное давление и преследование со стороны органов не делало их жизнь хорошей.

Органы и на вас тогда давили?
Дело в том, что мы начали в 1988г., когда уже был разгар перестройки, и все шло к тому, что послаблений становилось больше. Люди, которые позволяли этим послаблениям быть, делали это недаром, потому что в т.ч. с помощью русского рока они сами оказались у власти. Та власть породила следующую и так далее. Мы сейчас имеем у власти тех, кто благословлял нас в 80-е.

Все оказалось не так хорошо, как думали?
Да, тогда казалось, что мы побеждаем. А сегодня, даже не имея определенной программы, быть "за" нормальному человеку невозможно. Еще раз говорю: это касается не только власти, но и высших сил, Вселенной, Бога. Несправедливо все.

В этом случае либо протестовать, либо мириться.
...либо мириться, да. Но передо мной не стоит выбор: мириться или нет. Во мне изначально все так, что я мириться не умею. Не могу и все.

Наверное, в Вашем случае это и есть движущая сила, заставляющая идти вперед.
Да, но в этом нет никого подвига. Я не иду наперекор себе. Героизм - это Удальцов.

Каковы ближайшие творческие планы? И когда выйдет альбом The Matrixx?
Альбом должен выйти в октябре этого года, на 26-е число запланирована его концертная премьера. К настоящему моменту все песни, слава богу, написаны. Всего в альбоме будет 12 треков. Также выйдет дорогое издание, куда в качестве бонуса мы поместили еще две песни, которые играли на концертах, но ни в один из альбомов они не были включены.

Какие это песни?
Одна песня из моего второго сольного альбома 1991г. или 1992г., уже забыл. Она называется "Всегда". Наши фанаты знают ее по словам: "Меня изнасиловали 10 человек". Вторая была написана для альбома "Агаты Кристи" "Эпилог", называется "Психоделическое диско". Когда мы с Вадиком готовили этот альбом, каждый из нас написал по 12 песен. И каждый сам решал, какие пойдут в альбом, а какие останутся за бортом. "Психоделическое диско" не подходило для "Эпилога", а для нового альбома The Matrixx устарело, поэтому эту песню мы играли на концертах в качестве сюрприза для фанатов, а сейчас решили добавить в подарочное издание.

Что Вы сейчас читаете?
В данный момент ничего не читаю - все мысли заняты альбомом. Но в ближайшее время обязательно прочитаю книжку Ганса Гейнца Эверса 1910г., которую до недавнего времени никто на русский язык не переводил. У меня есть один экземпляр этой книги. Его мне подарила девушка, которая, не имея филологического образования, самостоятельно перевела произведение. Я ей очень благодарен и обещаю, что очень скоро начну читать книгу. Но это будет только после того, как завершится моя работа над альбомом.

Что становится пищей для новых песен, стихов?
Это может быть что угодно.

Люди могут быть?
И люди, и отношения, и то, что происходит внутри человека. Песня - как голограмма, которая состоит из маленьких элементов, содержащих полное изображение картинки. Я хочу сказать, что любая песня - это отражение внутреннего мира человека. Если она пошлая - значит, в человеке есть пошлость, если злая - то и автор такой же. Песня в любом случае получается честной, даже у самого закоренелого попсовика.

Чего Вы боитесь?
Я боюсь умереть со страхом. Знаю людей, которые умирали без страха, я им очень завидую. Мечтаю сделать это так же. А вот умирать и бояться - это то, чего я боюсь.

Почему? Потому что это унизительно?
Не то чтобы унизительно… Просто страшно, и все.

А вообще умирать страшно?
Я пробовал несколько раз. Не по своей воле. Страшно тогда, когда чувствуешь, что с тобой не все в порядке и ты на грани. А потом - нет. Даже бывают моменты, когда тебе вдруг все становится ясно.

Что нам всем делать? В масштабах страны и в масштабах личности.
А я гуру и все знаю? (смеется) Нужно жить, хотя делать это все сложнее и сложнее. Мне, по крайней мере. Ведь желание жить возникает из абсолютно иррациональной надежды на то, что случится что-то хорошее. Может, например, эта страна вдруг устроит такой Таксим, от которого я в обморок упаду.

Если устроит, будете участвовать?
А куда я денусь? Если устроит - да, конечно.

Как обычно отдыхаете?
Очень давно не отдыхал. А вообще времяпровождение, свободное от работы, очень тупое. Но это признак клиники, если честно. Депрессия, старость. Я очень много лет просто включаю какой-нибудь фантастический канал и смотрю сериалы. Я лежу на диване и либо вникаю и смотрю, либо просто пытаюсь заснуть под это все. Большую часть времени стараюсь ни о чем не думать, потому что когда я начинаю думать, ничем хорошим это не заканчивается.
Альбом пишется два-три месяца - это временная психотерапия. К сожалению, остальное время - это личные загоны плюс не очень приятные внешние обстоятельства. Когда начинаешь думать о будущем, о себе… Пускай за меня об этом думает Доктор Хаус, например. А если я не перед телевизором, то слушаю музыку. Разную. Но это только тогда, когда альбом закончен. Когда начинаю писать, не слушаю ничего принципиально. Потому что когда столько музыки было услышано за 43 года… Нет, переборщил. Ну, с 8 лет начиная, очень легко потеряться: где твоя идея, а где нет.

Что слушаете?
Очень много всего. Из нашего - с удовольствием, например, "Барто", два крайних альбома П.Т.В.П. ("Последние танки в Париже". - Примеч. РБК). Вообще мы с ними друзья. Еще очень веселился над группой "Храм Христа Спасителя и мать сыра земля" - это очень издевательская группа. Я с ними лично познакомился, мы отлично пообщались. Солист - колоритный человек, у него абсолютно русофобские тексты. Это вообще дикое месиво.
Также мне нравится скиновская антифа-группа "Бригадир" - очень серьезные ребята. Еще Вася Обломов. К нему можно по-разному относиться, но мне он нравится как человек.

Искренний?
Мне кажется, искренний. Мы с ним иногда пересекаемся. Например, он был на трехлетии The Matrixx, пел с нами песню. Да там многие были: Миша Козырев, Катя Гордон, Лу, на саксофоне играл мой давнишний друг Алексей Могилевский. Он известен как участник группы "Наутилус Помпилиус".

РБК, Ася Сотникова, 30/08/2013